- Моей дочери сейчас 23 года. В 1990-м, когда ей было 5, она возвращалась домой из детского сада, видела, как я что-то пишу, и забиралась мне на колени, чтобы продиктовать историю о маленькой девочке, которая приезжала домой и обнаруживала ведьму вместо своей мамы. И эта ведьма запирала девочку в повале, откуда ей надо было сбежать. Это была настолько удивительная и страшная сказка, что я подумал: "Я должен найти ее". Я отправился на поиски, но так и не нашел ничего похожего; так что я принял решение написать эту сказку самостоятельно. Так оно и началось. - И как далеко вы зашли с момента принятия этого решения?
- Я написал примерно две главы и сразу показал это своему редактору, очень хорошему человеку по имени Ричард Эванс, и он сказал: "Нил, это лучшее, что ты когда-либо писал, но это совершенно непубликуемо". - С чего он взял, что это нельзя публиковать?
- Оттого что, как он сказал, я написал ужастик для детей, рассчитанный и на детей, и на взрослых, что, по его мнению, просто невозможно опубликовать. - Но вы ведь не отступались от идеи все же написать это.
- Не отступался и продолжал писать в перерывах между созданием других книг. Потом, в 1992-м, я поехал в Америку. На тот момент в истории было готово что-то около 10 000 слов, которые я показал Джейн Йолен, детской писательнице, которую я просто обожал. Она отнесла это к издателю, и они безапелляционно заявили: "Нет". Короче говоря, записи вернулись в мой ящик и там пролежали 4 года, покуда я не отправил их своему редактору в Америке, Дженнифер Херши, которая перезвонила мне со словами: "А что случилось дальше?" На что я ответил: "Давай заключим с тобой контракт, и все узнаем". И она подписала!
- Но тогда вы были вовлечены в другие проекты. Когда же вы закончили книгу?
- Я перестал читать в кровати, - вместо этого я писал по 50-60 слов каждую ночь. Затем я отправился в круиз, пока работал над "Американскими богами", но забыл взять с собой блокнот для этого романа. Зато у меня был блокнот для "Коралины", я поработал над ней и завершил ее сразу по возвращении домой.
- Из всех ваших книг "Коралина" была единственной, которую перевели на большинство языков. Как вы думаете, почему?
- Частично благодаря тому, что "Коралина" – книжка для детей, и я считаю, что это работает на самом основном уровне, везде, по всему миру.
- Словом, это универсальная история, которая могла бы случиться везде.
- Такой я ее написал. В книжке довольно много нитей, приводящих вас к мысли, что дело было где-то в Южной Англии. В фильме много вещей, дающих вам понять, что это, возможно, случилось где-нибудь в Северной Америке, близ Портленда. Недалеко от места, где снимали фильм. А правда в том, что это может произойти везде, ведь история-то о храбрости.
- В чем заключается ваша идея храбрости?
- Когда я был маленьким, я считал себя трусом, потому что время от времени страшно пугался всяких вещей, а в книгах, которые я читал, храбрецы ничего не боялись. Позднее я открыл, что быть храбрым не значит не бояться, более того, быть храбрым – значит быть полностью напуганным, но все равно поступать правильно. И я хотел рассказать об этом своей дочери.
- Почему вы выбрали Генри Селика в качестве режиссера для создания экранизации?
- Я завершил работу над книгой почти за два года до ее публикации и попросил моего агента отдать его Генри, потому что видел его "Кошмар перед Рождеством" и любил этот фильм. После я посмотрел "Джеймса и Гигантский Персик", и этого было достаточно, чтобы понять, кто он такой, и прочувствовать его способность сопереживать. Я действительно хотел работать с Генри.
- И каков был его ответ?
- Ему понравилась "Коралина", и он немедленно, без лишней болтовни, решил ею заняться. После некоторых неудач мы наконец-то сделали это. Откровенно говоря, у нас не было бы этого фильма в том виде, в котором мы его имеем сейчас, без этой серии беспорядков и неудач, которые продолжались во время его создания.
- Что вы думаете об игре Дакоты Фаннинг в роли Коралины?
- Я даже забыл, что это она, потому что она так хороша!
- А по по поводу Тери Хатчера, озвучивавшей разных "матерей"?
- Генри выбрал Тери, потому что она показала лучшее представление, а также оттого, что ее голос идеально звучит вместе с голосом Дакоты. Я доверился ему, и он оказался прав. Она потрясающа в роли раздражительной сварливой "реальной мамы", не уделяющей достаточно внимания своей 12-летней дочери. Потом она принялась играть эту удивительную, идеальную "другую маму", только более умную и зловещую. Замечательного в "Коралине" то, что произведение требовало от Тери совершать вещи, которые обычно ей делать не приходится, но она справилась с ситуацией очень изящно.
- Как вам кажется, 3-D визуально улучшает картинку?
- До этого момента все, что я видел в 3-D, было исключительно об объектах, приближающихся к вам. Интересным в "Коралине" мне показалось то, что фильм о вещах, которые от вас удаляются, и о глубине, ясности и чувстве, вызываемом в вас персонажами в трехмерном пространстве. Невероятная утонченность этого скучного, плоского, монотонного "реального мира" в сравнении с глубиной и природой "другого мира" технически удивительны. Я думаю, это лучшее 3-D, которое мы все когда-либо видели.
- Что еще кроме технических достижений делает "Коралину" уникальной?
- В фильме есть чувственность, острота и грани, которые, я искренне надеюсь, люди оценят и о которых будут говорить.
- Что в фильме интересного для взрослых и детей?
- Я думаю, дети увидят в фильме приключение. Взрослые пугаются, потому что они смотрят историю о ребенке, попавшем в беду, но дети смотрят на кого-то, похожего на них, противостоящего плохому человеку. Я сам папа и знаю, что, если что-то и может стать ночным кошмаром детишек, то это скорее реклама пылесоса, чем сказка о приведениях. "Коралина" дарит им приключения и рассказывает о том, как важно быть смелым.
- Какие еще уроки можно почерпнуть из фильма?
- Например, то, что люди, которые не обращают на тебя внимания, все же любят тебя, а те, кто слишком много этого внимания тебе уделяют, в душе тобой совершенно не интересуются. Я считаю, это очень хороший урок!
- Могли бы вы написать книгу, не будучи отцом?
- Я даже представить себе не могу, как сочинить это, не будучи отцом! Ведь это книга, которую я написал для своих дочерей.
- Вы довольны фильмом?
- Да, очень-очень, и горд Генри Селиком!
