"Норильский никель", "Северсталь" и "Мечел" потратили на покупку иностранных предприятий, расположенных в Австралии, Африке, США и Европе, более 18 миллиардов долларов. Затем, при выходе из зарубежного бизнеса, компании избавились от активов, выручив за них всего шесть миллиардов долларов.
Так, "Норильский никель", которым в период заключения сделок владели Михаил Прохоров и Владимир Потанин, погорели на австралийских предприятиях. Заключить сделку на более выгодных условиях или найти альтернативу компания не смогла из-за конфликтов межу собственниками, уверены эксперты. "Компания не собиралась покупать LionOre дорого, у нее были разные варианты на тот момент. "Норникель" генерировал большой денежный поток, а в России не было интересных для инвестиций горно-металлургических проектов. Акционеры также обсуждали идею приобрести одного из крупнейших в мире производителей меди и золота – американскую Freeport Mcmoran. Эту идею лоббировал Михаил Прохоров. Владимир Потанин выступал против, потому что на сделку требовалось от 12 миллиардов до 15 миллиардов долларов, и он считал, что надо покупать активы в российской энергетике, а остальные деньги тратить на никелевые компании за рубежом", – цитируют "Известия" источник, близкий к акционерам "Норильского никеля".
Главной ошибкой компании была покупка предприятий на пике цен на никель. После кризиса 2008 года и падения цен на этот металл производство на многих дорогостоящий предприятиях оказалось нерентабельным. Компания же объявила, что будет развивать только те проекты, которые приносят в год более миллиарда долларов и имеют запасы на 20 лет работы (такие активы у "Норникеля" есть только в России).
Компания "Северсталь", принадлежащая Алексею Мордашову, потратила значительные средства на заводы в США. Однако после покупки возник целый ряд сложностей, которые в конечном итоге заставили предпринимателя продать свои американские активы.
"Из-за этих активов мы немало потеряли, но приобрели значительный опыт. Это как раз то, что я называю дорогой ошибкой. И здесь, кстати, мы не единственный пример. Но в этом случае лучше перевернуть эту страницу и продолжать с чистого листа, чем пытаться тащить это дальше", – отметил финансовый директор "Северстали" Алексей Куличенко.
Горно-металлургическая компания "Мечел" также покупала свои зарубежные активы дороже, чем смогла в дальнейшем их продать. Проблемы возникли как из-за недостатка знаний, так и по объективным причинам: кризис 2008 года нарушил планы многих предприятий.
"Собственнику "Мечела" Игорю Зюзину не хватило знаний о том, как проводить сделки по покупке активов за рубежом. В 2008 году компания купила феррохромную компанию Oriel Recources на пике цен на сырье. В 2009 году, приобретая в Америке компанию по добыче коксующегося угля Bluestone, Игорь Зюзин думал, что цены на это сырье будут расти, но просчитался: до 2011 года они росли, а потом пошли вниз и до сих находятся на минимуме. Предприниматель хотел построить вертикально интегрированную компанию, которая была бы обеспечена собственным сырьем для производства нержавеющей стали, а излишек продукции продавала бы, но после кризиса 2008 года все поменялось: цены резко снизились и вернуть инвестиции быстро не получилось", – рассказал близкий к горно-металлургической компании источник.
"Все неудачи, которые испытали российские металлурги за рубежом, имеют сходную природу. Российские собственники так и не смогли предложить зарубежным предприятиям новые бизнес-модели, способные выдержать испытание кризисом, а с ухудшением рыночной конъюнктуры все их слабости, менее заметные во время подъема, полезли наружу", – считает главный редактор журнала "Металлоснабжение и сбыт" Дмитрий Ляховский.
