Глобальный экологический саммит, завершившийся недавно в Париже, нашел замену Киотскому протоколу, приняв соглашение о сокращении парниковых выбросов. В результате развивающимся странам придется нести всю тяжесть издержек по внедрению новых технологических стандартов и сокращению углеродного следа.
Правительства развивающихся государств отмечали непосильность такой ноши, однако развитые страны предпочли не услышать эти заявления. Решений о финансовой поддержке планируемых преобразований из Глобального экологического фонда принято не было. Более того, иностранные экологические фонды продолжают оказывать упорное противодействие российским интересам, обратил внимание участников московской конференции сопредседатель Экологической палаты России Владимир Семенов.
"На пути России стоят не только санкции западных конкурентов, но и крупные международные организации, по сути, целенаправленно срывающие крупнейшие инфраструктурные проекты, стратегически важные для России. Это уже вошло в практику таких значимых в мире организаций, как WWF и Гринпис", – цитирует Владимира Семенова агентство Regnum.
Семенов подчеркнул, что экологическую тематику Запад пытается использовать в качестве механизма борьбы с российской государственностью и просто конкурентной борьбы. Под знаменем экологии строятся планы по срыву российской арктической программы, по срыву Олимпиады. Спикер напомнил, что недавно российское отделение WWF (Всемирного фонда дикой природы) призвало международные спортивные организации отказаться от проведения и поддержки мероприятий в горно-лыжных комплексах Красной поляны.
Эти же фонды сразу же после саммита выступили с весьма странными заявлениями. В "Гринпис", к примеру считают, что парижские договоренности означают отказ человечества от ископаемого топлива уже при нашей жизни. В WWF уверены, что Саудовская Аравия будет продавать нефть по любой цене, так как через 50 лет необходимость в ней отпадет. А Россию пытаются вынудить сократить добычу нефти и свернуть масштабную Арктическую программу – при том, что новое климатическое соглашение не содержит планов по постепенному отходу от добычи углеводородов и переходу на альтернативные источники энергии.
Для России такая постановка вопроса крайне невыгодна – ведь природные богатства используются не только внутри страны, но и являются основным товаром на экспорт. Норвегия, к примеру, после подписания климатического соглашения продолжает наращивать добычу в Арктике, на все упреки отвечая, что это соответствует ее национальным интересам. Москва намерена придерживаться такого же подхода: выполнение требований парижского саммита не может происходить в отрыве от национальных интересов России, уверены участники конференции.
Как ранее заявлял президент Владимир Путин, Москва готова обсуждать реальные подходы к этим проблемам – и даже выступить одним из организаторов специального форума под эгидой ООН. Пока же российскому экологическому сообществу предстоит объединить усилия, чтобы эффективно использовать имеющиеся возможности.
