Новый виток обсуждения темы нацистов в большой политике стартовал после того, как КПРФ во главе с Геннадием Зюгановым организовала совместную акцию протеста с "лимоновцами" и Движением против нелегальной иммиграции. Заявленная тема митинга – протест против реформы ЖКХ, - была забыта, как только бритоголовые молодчики начали скандировать "Россия – для русских, Москва – для москвичей". Что объединяет исконно интернациональных коммунистов и агрессивных шовинистов, корреспондент Дней.Ру обсудил с известным политтехнологом Маратом Гельманом.
Зюганов привел в политику националистов
- В совместном выступлении КПРФ и националистов абсолютно нет ничего удивительного. Еще в 1996 году, во время президентских выборов, Геннадий Зюганов открыл дверь для националистов и экстремистов большую политику. Тогда это называлось Народно-Патриотический союз. Зюганову было недостаточно опоры на коммунистический электорат, поэтому он попытался договориться с националистами и начал собирать уже и этот электорат, который казался ему перспективным. На самом деле политсовет партии, после которого появилась статья Зюганова "Русский вопрос", показал, что по большому счету среди функционеров КПРФ лишь 20% советские левые, а 80% - абсолютно дремучие люди.
- Разве в то время националистическая риторика была так популярна, чтобы вступать в сомнительный политический союз? Это было электорально оправдано?
- Вообще-то, впервые в Москве узнали о националистических организациях именно тогда, с подачи КПРФ. Понятно, что люди с такими взглядами были всегда. Ничего страшного в этом нет, пока они рассуждают об этом на кухне, пока об этом не говорится с экранов телевизоров. А Зюганов впервые дал им легальный способ общаться. Националистические идеи были не столь популярны, поэтому эти связи не афишировались, но они были постоянными и непрерывными. То, что произошло на митинге 8 апреля, было всего лишь попыткой проверить возможность легализации этих отношений, признания связи между КПРФ и националистами.
- Что, в таком случае, показал этот митинг?
- Он показал только то, что, как и в 1996 году, ради дополнительного процента, ради конъюнктурного преимущества, Зюганов готов давать национал-шовинистам политическую "крышу".
Зюгановщина – это еще не коммунизм
- Что объединяет коммунистов и шовинистов, если в многонациональном СССР никогда не стоял национальный вопрос?- Я хочу отметить, это все-таки не союз коммунизма и фашизма, это все-таки зюгановщина, а не коммунизм. Это не идеологический союз, которому существуют исторические предпосылки. Это личная история КПРФ во главе с Зюгановым.
- Не может ли КПРФ, разыгрывая национальную карту, претендовать на маргинальный электорат "Родины"?
- Они действительно хотят захватить часть электората "Родины". И вполне возможно, что те, кто в 2003 году ушел из КПРФ в "Родину", вернутся к Геннадию Зюганову.
- Каковы, по вашему мнению, электоральные перспективы объединения КПРФ и ДПНИ?
- Есть одна серьезная проблема: за эти 10 лет, прошедшие с 1996 года, выросла новая формация людей с левыми взглядами, более европейского толка, которых это может, наоборот, отпугнуть. Но в целом, я считаю, что КПРФ это уходящая натура, попытка запустить свежий воздух в старые меха успеха не принесет.
- Почему из всего разнообразия политических партий, организаций и течений КПРФ выбрала ДПНИ и НБП? - Дело в том, если вы понаблюдаете за внутренней, а не официальной, критикой партии, то увидите, что один из основных упреков в адрес Зюганова заключается как раз в его бездеятельности. Честно говоря, со времени последних выборов Госдуму прошло три года, а я так и не понимаю, что он за этот период сделал? Я думаю, Зюганов пытается привлечь агрессивное ДПНИ, чтобы компенсировать свою "беззубость", показаться "острыми", на пике борьбы. Что касается Эдуарда Лимонова, то это долгая история отношений. Мне кажется, что этот союз был нужен Лимонову больше, чем Зюганову. Потому что у Лимонова задача попасть в большую политику, так и не была решена. Не смотря на достаточно широкую известность, он остается маргинальным политиком. Легализоваться НБП сегодня может через соглашение с большими партиями. Логика такая: КПРФ – это серьезная сила, с фракцией в Госдуме, известным брендом. И если КПРФ подписывает договор с моей партией, условно говоря, это значит, что я такая же большая и важная сила, как КПРФ.
- Почему вообще происходят такие объединения, почему сегодня активизировались ультраправые деятели? Или националистические идеи действительно востребованы в обществе? - Надо сказать, да. Есть несколько источников у этих настроений. Сила национал-социалистов в том, что они всегда базируются на реальных социально-экономических проблемах. В качестве ответа на эти проблемы они предлагают некую версию вопроса "кто виноват". Можно сказать, что социальные обострения – монетизация, реформа ЖКХ, - спровоцировали приток этих настроений. Это первый источник их появления в современной России. Второй - это фантомные боли по уходящему имперству, они тоже работают на развитие национализма. Первая потеря статуса сверхдержавы прошла достаточно безболезненно, потому что мы теряли его по отношению к далеким европейским и американским странам, это было не так заметно и не так ощутимо. Второй период – это отношения со странами СНГ, мы теряем плацдарм и это нельзя не заметить. Это само по себе является прискорбным фактом, но побочными продуктом этого является некий шовинизм, которым определенные слои общества пытаются компенсировать потерю былого могущества. Но это вовсе не означает, что надо с этим смириться. Надо этим агрессивным идеям давать правильную оценку. Надо искать правильные социальные и дипломатические выходы из этой ситуации.
"Из коммуниста получится фашист, из социал-демократа – никогда"
- Кто из современных политиков предлагает альтернативу националистической риторике?
#{more}- К примеру, СДПР. Голос СДПР пока не очень слышен, надо сказать, но в содержательном плане программа у них очень точная, выверенная. Социальная ответственность, которую ставит во главу угла социал-демократия, могла бы помочь найти компромисс в обществе. В определенной форме, мне кажется, социал-демократия могла бы являться рецептом общественного согласия. Это действительно две антагонистические концепции – социал-демократы и национал-социалисты. Не случайно еще Гитлер говорил, что из коммуниста может получиться хороший фашист, из социал-демократа – никогда.
- Если КПРФ, как вы говорите, уходящая партия, то кто займет освобожденную нишу? Это может быть СДПР?
- Если мы посмотрим на страны восточной Европы, то там примерно так и происходило, коммунистические партии превращались в социал-демократические, т.е. красные розовели. У нас этого не произошло, в том числе и по вине Зюганова, в определенном смысле по вине Горбачева. Но я думаю, что, так как наследство достаточно большое, за него буду конкурировать несколько политических сил. Социал-демократы, патриоты России и, вполне возможно, обновленная "Родина". Потому что, если "Родине" удастся преодолеть кризис, очиститься от людей, которые символизируют националистическую риторику, они вполне могут тоже двинуться влево.
Беседовала Елена Кондратьева
