Чемпион мира и Европы по фигурному катанию Евгений Плющенко, хотя и не родился в Петербурге, но считает город своим родным. Возможно, поэтому свою произвольную программу, поставленную на музыку к кинофильму "Бандитский Петербург", Женя посвятил именно 300-летию города на Неве, так ее и назвав. О том, как шла работа над музыкой, "Дням.Ру" рассказал композитор Игорь Корнелюк. Известный в восьмидесятые годы исполнитель с радостью откликнулся на приглашение Жени принять участие в его ледовом шоу. Корнелюк пел на специально сооруженной сцене Ледового Дворца, а Женя в это время творил на сцене.
Впрочем, это было в самом конце представления. И все это время Игорь находился за кулисами. Именно там корреспондент "Дней.Ру" и пообщалась с Корнелюком.
- Игорь, насколько для вас было неожиданным предложение от Евгения Плющенко?
- Для меня предложение написать музыку для Жени стало довольно-таки неожиданным. Но я с радостью согласился, потому что этот фигурист мне очень нравится.
Другое дело, что работа была необычной. Приходилось возиться с такими вещами, с которыми раньше не сталкивался.
Например, подходит ко мне Алексей Николаевич Мишин (тренер Плющенко – прим. "Дни.Ру") и говорит: вот здесь ему нужно отдышаться, нельзя ли вот этот отрезок удлинить на две секунды, а в другом месте укоротить на столько же?! При этом ничего не меняя в музыке: ни темпа, ни характера!
Спрашиваю, мол, объясните мне, что нужно сделать с музыкой, чтобы она стала длиннее на две секунды? – Ну, вы уж как-нибудь постарайтесь! Вот я "как-нибудь" и старался.
На самом деле я переделывал композицию пять раз. Могу сказать, что я ненавижу это делать! Если что-то не получается, никогда не переделываю. Бросаю и берусь за новое.
И когда шел с последним вариантом, сказал супруге: все, если им и сейчас что-то не понравится, больше делать не буду! Но наконец-то все подошло. Да и Алексей Николаевич сказал, что Жене удобно кататься под эту музыку.
- Как же вы уговаривали себя пять раз переделывать музыку?!
- А это Алексей Николаевич уговаривал! Он и мертвого может уговорить. Я понял, что тренер – и мама, и папа, и продюсер, и менеджер.
Я впервые в своей жизни общался с настоящим, талантливым продюсером! Сейчас зашла речь о том, что, возможно, я буду писать Жене музыку для короткой программы. И я уже чувствую давление со стороны Алексея Николаевича.
Я работал с кино. Только что закончили "Идиота", сейчас идет работа над другим фильмом. И Мишин постоянно спрашивает, какая картина будет следующей?! И головой качает: нет, сейчас надо писать для Жени.
- Со спецификой фигурного катания знакомились уже в процессе?
- Когда Алексей Николаевич сказал: вот тут у него тройной тулуп… А для меня что тройной тулуп, что двойной…
Понятно, - спрашивает Алексей Николаевич? Не понятно, - отвечаю. И Женя у меня в студии показывал, где какие элементы будут находиться.
- А вы не ревновали свою музыку по отношению к фигуристу?
- Нет. Я ведь использовал фрагменты из музыки к кинофильму. И она живет самостоятельно, без меня.
К тому же то, что сделано для Жени, это парафраз, обработка. Когда ты сочиняешь, то это еще принадлежит тебе.
Но как только ты сказал: точка, - тебя охватывает чувство, знакомое любому художнику – чувство пустоты.
#{vote}Ведь от тебя отделилась какая-то частичка. Это твой ребенок, и он будет жить самостоятельно.
- Во время шоу вы были с Женей единым целым – вы на сцене, он на льду – но один и тот же образ…
- Вполне возможно, что так и было. Но у меня в этот момент родилась идея. Напишу-ка я песенку, Женя ее споет, а я в это время буду кататься на коньках.
- Вы хорошо держитесь на коньках?
- Я в детстве хорошо катался на коньках. Не так, конечно, как профессиональные фигуристы. Но в хоккее меня всегда выбирали нападающим, потому что я быстро ездил.
Несколько лет назад на сцене Октябрьского зала постановку делал Ледовый театр. На сцене соорудили ледовую площадку, пригласили артистов, в том числе и меня. Я ездил на коньках с микрофоном и пел.
Всего было порядка шести-семи спектаклей. На первом я ездил довольно робко. Но с каждым разом наглел все больше и больше, стал делать какие-то пируэты.
И на последнем концерте я таки грохнулся! Был проигрыш, захотелось что-то сложное показать и… как жаба, об лед шмякнулся!
- Вы с Алексеем Николаевичем еще не обсуждали ваше возможное участие в следующем шоу Евгения именно в таком амплуа?
- У меня и форма не та, и возраст. Но могу сказать одно: если бы Алексей Николаевич был моим продюсером, то я уже писал бы музыку для голливудских фильмов.
Но я оптимист. Знаю, что настанет час, и мы сделаем Голливуд.
